Что это за штука такая? Одни говорят – хорошо, другие – пропаганда наркомании третьи говорят – снижение вреда, эпидемию ВИЧа остановить может. А я читателю сперва объяснить хочу, откуда чего взялось.
ЭТО – СНИЖЕНИЕ ВРЕДА. Произошло от английского «HARM» – вред, ущерб и REDUCTION – снижение, сокращение. Итого – HARM REDUCTION.
Выдержка из «накопанного»: «…Идеология «снижения вреда» сформулирована в обращении к употребляющим наркотики, называемым «иерархией риска»…». Не-е, так не пойдет, так даже я не пойму. Надо как–то попроще. Штука простая, как репа, а объяснить ее сложно.
Скажем, вот я курю. Десять лет курю, и буду еще курить лет десять, как и вы собственно. Но курение вредно и дорого. Я это знаю, но курить не бросаю, потому что не могу, потому что мне нравится, потому что первое, что я делаю по утру – закуриваю сигарету и пью чашку кофе. Или кофе – это тоже вредно, сердце там, желудок, зубы, и вообще лучше йОгурт. Но я не могу бросить ни курить, ни пить кофе. Ну, или пока не могу. Перечисленные части тела еще выполняют свои функции, не отвалились - и ладно.
НО, знание того, что это вредно, нет-нет, да заставит меня задуматься перед тем, как взять еще одну сигарету или налить надцатую чашку кофе. А, задумавшись, я уберу сигарету обратно в пачку, съем яблоко, а вместо кофе стакан сока налью, он ведь тоже вкусный. И моментально, чувствую, как побежали по телу эти витамины, как вздохнули облегченно легкие, и стало мне от этого хорошо. Вот вам снижение вреда от употребления кофеина и никотина в отдельно взятом теле, суть, которого сводится к:
доступной информации о вредном воздействии;
знанию о том, как можно снизить вредное это воздействие;
наличию доступа к средствам снижения вредного воздействия вещества.
В реальной жизни термин «снижение вреда» применяется чаще к профилактической работе среди лиц, употребляющих наркотики опиатного ряда и инъекционным путем, например, героин. Зачем? Затем, что наркомания – это, как мы все знаем, само по себе очень нехорошо. Но еще хуже, когда наркомания связана с разными нехорошими заболеваниями, например, вирусными гепатитами и ВИЧ. В России умные люди, эксперты разные, говорят, что у нас аж 70% ВИЧ-позитивных людей получили свой ВИЧ-статус именно вследствие употребления инъекционных наркотиков. И получилось так, что российский наркоман в первую очередь «участник преступной цепи наркобизнеса», а не человек, страдающий болезненной зависимостью. Но если предположить, что он все-таки человек, который уже страдает одним заболеванием, причем, говорят, неизлечимым, то логично было бы сделать все возможное, чтобы он не страдал еще и другими болячками.
Что для этого нужно?
Нужен СТЕРИЛЬНЫЙ шприц, нужна вода, нужна вата, нужен спирт, да, вот, подсказывают, ложка еще нужна… и все. Стоит это копейки. Лечение ВИЧ/СПИДа, гепатитов, абсцессов, учитывая лекарства, работу врачей, медсестер, психологов, стоимость медицинского оборудования, стоимость горюче-смазочных материалов, все это стоит тысячи долларов на одного человека!
Снижение вреда часто обвиняют: «не лечите наркоманию, помогаете наркоману продолжать торчать». Прибавим к этому: «безопаснее для себя и для всего остального общества». И что в том плохого скажите? Если наркоман не будет ВИЧ-инфицирован, болен гепатитом, не умирает от болезней и перед смертью не передает свои болезни друзьям и близким, кому от этого будет хуже? А лечением наркозависимости занимается служба наркологии, которой мы когда-нибудь посвятим отдельную статью.
Согласитесь, это же бесчеловечно, когда человека «ломает», с преступным миром приходится общаться, чтоб наркотики найти, товары неакцизные, все как один паленые и качеством не отличаются - передозировки, стресс постоянный, потому что под прицелом ментов ходит, а тут еще болезни всякие.
Нет, ну, представьте меня (или себя) утром я за сигаретами буду бегать не в лабаз за углом, а к дилеру, курить буду, в подъезде прячась, ментура меня везде стеречь будет, а сигареты будут еще и отравленными. МНЕ КУРИТЬ НАДО, а сигареты отравленные, то есть умираю я не медленно, как хотел, а быстро и преждевременно. Мне плохо, я больной и недобрый, а мне говорят «брось, преступник, не надо, нельзя». Неужели вы думаете, что я брошу в этот момент курить?
Как это делается в России?
Обычно снижение вреда делается руками:
врачей - это, которые умные и в белых халатах, среди них очень много хороших людей.
психологов – это те, которые знают, почему мы делаем ТАК, а не иначе, и что надо в нашем отношении к нашей жизни изменить, чтобы она, жизнь, от этого стала краше и приятней.
социальных работников – это те, которые умеют слушать, как психологи, давать советы, как друзья, решать проблемы, как мама с папой.
Кстати, 8 июня каждого года у них праздник профессиональный, ну знаете, как день рыбака или шахтера.
аутрич-работников – слово английское и перевод его не даст понимания их великой роли в снижении вреда, короче это - «свои люди», которые употребляли (или употребляют) наркотики и знают как никто другой с какими проблемами, гонимый всеми «добропорядочными и высоконравственными» людьми, наркоман встречается в своей полной опасностей жизни.
В России первые проекты снижения вреда стартовали в 1996 году, в Санкт-Петербурге, Ярославле и Москве. Были организованы первые программы по обмену шприцев и созданы команды аутрич-работников. К началу 2003 года в стране насчитывалось более 80 проектов, где потребители наркотиков и секс-работники (это лица которые, практикуют проституцию. Прим. автора), могли пройти тестирование на ВИЧ, гепатиты, инфекции, передающиеся половым путем (ИППП), получить консультации и доступ к стерильному оборудованию. Во многих проектах активно ведется работа с осужденными. Все эти действия направлены на защиту здоровья людей и обеспечение условий для соблюдения прав человека на медицинскую помощь. Деятельность программ снижения вреда в некоторых регионах позволила локализовать и установить контроль над эпидемией ВИЧ-инфекции. Деятельность всех проектов снижения вреда позволила приостановить стремительное развитие эпидемии в России. (www.harmreduction.ru)
Вот, короче, все, что мы хотели вам сказать о проекте по Снижению вреда.
